А я когда была маленькой девочкой, я тоже стишки сочиняла. Вот. Хотите расскажу? У меня брат пошел заниматься боксом. И я этим обстоятельством очень гордилась. Мне казалось, что у меня самый крутой брат. Я всем об этом рассказывала. Мне было 9 лет. Брату тоже (двоюродный, но мы очень дружны). Вот тогда, в 9 лет, я и сочинила свой стишок, посвященный братику. Наивный конечно. Но зато от души.
Мой брат занимается боксом.
Не сильный боксер он пока.
Но точно я знаю, что скоро
Всем-всем знаменитым боксерам,
Он быстро намнет бока.
P.S. Я, правда, написала "набьет бока". Но прочла этот стих папе и он меня поправил. Сказал, что в боксе есть термин "намять", и я поменяла на "намнет бока". Папа-то боксом занимался долго. Я ему поверила. Ну вот так. А брат ушел из бокса, сразу, как получил свой первый, приличный удар в челюсть ))) Но зато стишок я помню до сих пор...
В Японии, в одном поселке недалеко от столицы жил старый мудрый самурай. Однажды, когда он вел занятия со своими учениками, к нему подошел молодой боец, известный своей грубостью и жестокостью. Его любимым приемом была провокация: он выводил противника из себя и, ослепленный яростью, тот принимал его вызов, совершал ошибку за ошибкой и в результате проигрывал бой.
Молодой боец начал оскорблять старика: он бросал в него камни, плевался и ругался последними словами. Но старик оставался невозмутимым и продолжал занятия. В конце дня раздраженный и уставший молодой боец убрался восвояси.
Ученики, удивленные тем, что старик вынес столько оскорблений, спросили его:
— Почему вы не вызвали его на бой? Неужели испугались поражения?
Старый самурай ответил:
— Если кто-то подойдет к вам с подарком и вы не примете его, кому будет принадлежать подарок?
— Своему прежнему хозяину, — ответил один из учеников.
— Тоже самое касается зависти, ненависти и ругательств. До тех пор, пока ты не примешь их, они принадлежат тому, кто их принес."
Ну, здравствуйте, грабли! И что ж вам в углу не стоялось?
Какая вам радость с того, что на вас наступают?
А если однажды от злости вас просто сломают?
А может, о жизни такой вам с рожденья мечталось?
Открою музей и на видное место красиво
Поставлю вас, Грабли, чтоб вами могли восхищаться!
Тогда не придётся вам по'д ноги чьи-то бросаться.
И грабли тихонько вздохнули: "Согласны. Спасибо".
Вот так был достигнут консенсус. Но это-фантазия.
А в жизни такого, увы, не встречала ни разу я.
И снова бросаются грабли под глупые ноги,
А глупые ноги ведут нас по старой дороге.
P.S. Ах, если б к ногам прилагалась ещё голова...
Ну, здравствуйте, Грабли! Простите. Была не права.
(с)
и ты не в ответе,
и я ни за что не в ответе..
холодной ладонью
листает минувшее ветер…
и я не люблю откровений
и пафосной фальши..
что дальше, скажи мне.
и есть ли хоть что-нибудь дальше?..
но ты не ответишь.
и я не отвечу, конечно..
свернется в гортани
комком неизлитая нежность...
высокая фраза
покажется глупой и лишней..
а впрочем… так вышло.
и есть ли хоть что-нибудь выше?..
мы в этой зиме -
просто дети. усталые дети…
здесь хлещут по лицам
метелей упрямые плети.
кричи-не кричи,
нас никто никогда не услышит…
стань ближе, пожалуйста!
Стань же хоть чуточку ближе!
.... и ты не в ответе.
и я ни за что не в ответе…
и время – не врач,
а всего лишь плохой анальгетик.
в усмешке смерзаются губы…
застынем.. забудем..
но что с нами будет?
скажи мне – ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ БУДЕТ??...
(с)
А у меня вот папу обидели. Почему-то блокадникам, проживающим сейчас в Москве, дали по 3000 руб. Одноразово. Ко дню Победы. Региональный указ. А Ленинградцам, которые переживали блокаду и до сих пор живут в Питере, не дали. Во всяком случае указа не было. Папе обидно...
Когда роняешь на пол стакан или тарелку, раздается громкий стук. Когда разбивается стекло, ломается ножка стула или со стены падает картина, это производит шум. Но когда разбивается сердце, оно разбивается бесшумно. Казалось бы, должен раздаться невероятный грохот или какой-нибудь торжественный звук, например удар гонга или колокольный звон. Но нет, это происходит в тишине, и хочется, чтобы грянул гром, который отвлек бы вас от боли.
Если звуки и есть, то они внутри. Крик, который никто, кроме вас, не слышит. Он такой громкий, что у вас звенит в ушах и раскалывается голова. Он бьется в груди, как огромная белая акула, пойманная в море, и напоминает рев медведицы, у которой отняли медвежонка. Вот на что это похоже - на огромное обезумевшее пойманное животное, рвущее и бьющееся в плену собственных чувств. Но таково свойство любви - для нее нет уязвимых. Это дикая, жгучая боль, открытая рана, которую разъедает соленая морская вода, но когда сердце разбивается, это происходит беззвучно. Внутри все у вас надрывается от крика, и этого никто не слышит.